- Хелена, моя дочь, сейчас находится в какой-то запертой квартире! В соседней комнате три трупа и чемодан с героином! Она не знает, что делать, не может выбраться, боится звонить в полицию... Ее видели соседи, и она думает, что они уже вызвали полицию.

- Это наверняка какое-то недоразумение... - заметил я.

- Конечно, - обрадовался ван Хойтен. - Каро, шеф полиции Антверпена, как раз сейчас здесь, я немедленно попрошу его во всем разобраться! Конечно же, как я раньше не подумал?!

- А если это все-таки не недоразумение? - небрежно предположил я. Или если прояснить его окажется не так просто? Или если ваша дочь окажется замешана в нем всерьез?

Ван Хойтен тут же снова сник:

- Я должен сам поехать и забрать ее...

- У вас гости. Они заметят ваше отсутствие. Давайте я это сделаю.

Он изумился:

- Вы?

- Почему бы и нет?

- А если вас тоже арестуют? Ради спасения чужой дочери вы согласны так рисковать?!

- У меня тоже есть дети, - вдохновенно сообщил я. Это было правдой, но только в единственном числе.

Ван Хойтен замер в нерешительности. Было заметно, что он очень хотел бы разделить со мной груз ответственности, но все те же пресловутые приличия не позволяли ему просить о помощи.

- Говорите, где это, и я еду, - прервал я его размышления и облегчил ситуацию.

Он назвал мне адрес рядом с парком Альберта, в двух шагах от гостиницы "Фирейн", в которой я остановился, но, когда я уже был в дверях, схватил меня за руку:

- Бесполезно! Даже если вы увезете ее, полицейские проследят телефонный звонок из той... квартиры мне - и все равно расследования не избежать.

- Я и это улажу, - пообещал я. - Как, вы сказали, зовут шефа местной полиции, Каро? Я позвоню ему сюда и сообщу о трупах и героине, но скажу, что звоню с той самой квартиры. Таким образом, вы и объясните ваш номер в списке звонков с того телефона. А ваша дочь, скажем, звонила из какого-нибудь кафе. Есть кафе, или бар, или дискотека, которые она посещает регулярно?